dfb7bbe5     

Нур Магсад - Вдруг Остаться Наедине



Магсад НУР
ВДРУГ ОСТАТЬСЯ НАЕДИНЕ
Перевод с азербайджанского Ульвиры Караевой
Пусть парни, которым надоели заплесневелые истории, заткнут уши:
останутся брательники, которые верят человеку...
                                                                       
м.нур
                       
I
... Не останавливаясь спрашивал на бегу: ну что за дело у тебя в церкви, с
кем ходила: может ты скрытая христианка: и почему ты упала в церкви: другой
мужик тоже (знай правду, отец!) так говорил бы: ну что за дело у тебя там-то,
почему то сделала, да почему сё: сама рассказывает: тонкими, длинными, с
выступающими поперёк костяшками, продолговатыми пальцами жёстко бил её по
лицу: а она пыталась выше держать голову, хотела поднять подбородок, но тут же
пошатывалась и падала: это падание дрянная штука - тебя бьют, на тебя
нападают, брат, сам упадёшь, тогда узнаешь: тоненькие, как хворост, собранный
в одно, как будто сломаются, если притронешься - тонкие кости гнулись,
оставляли её без поддержки и всё, что случалось с ней, случалось из-за
неустойчивости костей: сама рассказывает то, что сам знаю (неустойчивость
костей, брат, возникает из-за таких вещей - но на самом деле это называется
неустойчивость мозгов: как-то, испугавшись пощёчин, захочет спрятать в мозгу
что-то, то место прикроется, брат, останется таким закрытым, что по мере
твоего взросления станет гнить изнутри: снаружи есть, а изнутри останется
пустым. Споткнёшься - крышка откроется, за что-то потянешь для равновесия,
голова тебя кинет, твоя голова окажется кидалой, брат...): если б только
знали, как спрашивать, как стать близким с девушкой... да не о той близости
базар: станете, тогда поймёте, что значит мусульманке упасть на ступеньках
церкви и разбить ноги-руки в кровь: хоть за волосы таскай - на виду у улицы,
хоть намотай косы сзади к машине и волочи - на виду у города: она уже прошла
то, что прошла... ну а что мне делать с такой девушкой: взял за руку, перевёл
через большую дорогу, не посчитался с машинами, ночь, около двенадцати, они со
скрежетом обгоняют, кто смотрит, что видит в свете фар - мне до фени,
прислонил её к стене Сальянской казармы, приподнял на себя, прижал... нет, не
то говорю, перейду к другому, до этого встали на ступеньках, нас ждали -
ворота закрыть, каждый держится за одну створку, на нас смотрели: к чёрту,
пусть смотрят - нет базара: что-то сказали, уже выходя, вернулась вымыть руки,
я стал ждать на первой ступеньке, сказали: подмазывались, сунул деньги, сказал
спасибо, благослови Бог и вас, с чего бы ему быть благим: вышла, взял её за
талию, прислонил подбородок к плечу, поднялись по ступенькам, они смотрели - к
чёрту, пусть смотрят, бетонные ступеньки шириной в два метра с выпуклым
покрытием, справа туалет, сауна: да не оттуда я выходил, брательник, клянусь,
слева высокий забор, снизу как из-под земли поднимаешься, но это не
подземелье, как подъём, под подъёмом поднял то, что нужно: вышли, сначала
обвились, не постеснялись - поцеловались, достаточно отшагали, прошли мимо
арбузной горки, а потом я обернулся, посмотрел, была ещё и дынная горка,
подумал, что это я не заметил дыни, был бы один, вернулся бы ещё раз
посмотреть дыни, пощупать - дыни ли, при деле ли: не обернулся, прошли
квартал, на перекрёстке перешли с этой дороги на обочину большой дороги,
теперь я взял её на руки, со скрежетом проносятся машины, светят, один вообще
понтовый, просигналил, она на моих руках сказала, отпусти, у меня всё видно: я
сказа



Назад