dfb7bbe5     

Олди Генри Лайон - Дорога



Генри Лайон ОЛДИ
ДОРОГА
Не мы идем по Пути,
но Путь проходит через нас.
Благими намерениями
вымощена дорога в ад.
Эх, дороги...
КНИГА ПЕРВАЯ. ПРАВО НА СМЕРТЬ
Ведь некоторые не знают, что нам
суждено здесь погибнуть. У тех же, кто
знает это, сразу прекращаются ссоры.
Дхаммапада
Жди меня. Я не вернусь.
Н.Гумилев
ГЛАВА ПЕРВАЯ
о любопытном Пустотнике, проблемах и бедственном положении бесов,
а также о том, стоит ли просто от дурного настроения ввязываться
в случайные авантюры; с приложениями и заметками на полях.
1
Часть людей обольщается жизнью земной,
Часть - в мечтах обращается к жизни иной.
Смерть - стена. И при жизни никто не узнает
Высшей истины, скрытой за этой стеной.
Гиясаддин Абу-л-Фатх Хайям ан-Нишапури
2
Желтый песок арены, казалось, обжигал глаза. Я поморгал воспаленными
веками и медленно двинулся по дуге западных трибун, стараясь оставлять
центр строго по левую руку. Я был левшой. Некоторых зрителей это почему-то
возбуждало.
В центре арены бесновался бес. (Хороший, однако, каламбур... не
забыть бы... Аристократы ценят меткое словцо, и похоже, сегодня вечером я
выпью за чужой счет...) Бес протяжно выл на высокой, режущей слух ноте,
взбрыкивал окованными сталью копытами и без устали колотил себя в
оголенную волосатую грудь. Он уже разодрал себе всю шкуру в кровь шипами
боевых браслетов, и их гравировка покрылась тусклым, запекшимся пурпуром.
От когтей, равно как и от хвоста, отказались еще в Старой Эре, потому что
их крепления вечно ломались, когти слетали с пальцев, а хвост больше
путался в собственных ногах, чем подсекал чужие. После какой-то умник
придумал шипастые запястья, и тогда же ввели узкий плетеный бич с
кисточкой на конце - для сохранения традиций. Новинки прижились, бич так и
прозвали - "хвостом" - но многие бесы все же предпочитали нетрадиционное
оружие. Я, например, предпочитал, и ланисты нашей школы слова поперек не
говорили... А хоть бы и говорили... Я махнул рукой в адрес впавшего в амок
беса, и солнце на миг полыхнуло по широкой поверхности моей парной
"бабочки". Трибуны загудели от восторга, я незаметно поморщился и сделал
еще шаг. Второй тесак болтался на поясе, и мне было лень его доставать. И
так сойдет...
Скука. Скука захлестывала меня серым липким потоком, она обволакивала
мое сознание, заставляя думать о чем угодно, кроме происходящего вокруг -
и я ощущал ее почти физически, вечную вязкую скуку, свою и тщательно
притворяющегося беса. Я шел по кругу, он ярился в центре, но зрители, к
счастью, не видели наших глаз. Ну что ж, на то мы и бесы...
Я подмигнул ему - давай, брат, уважим соль земли, сливки общества, и
кто там еще соизволил зайти сегодня в цирк из свободных граждан... Давай,
брат, пора - и он понял меня, он легко кувыркнулся мне в ноги, стараясь
дотянуться, достать рогом колено. Я сделал шаг назад, подкова копыта
ударила у самой щеки, и пришлось слегка пнуть беса ногой в живот, держа
клинок на отлете. Рано еще для кровушки... жарко...
Он упал и, не вставая, махнул "хвостом". Я увернулся и снова пошел по
кругу.
Выкладываться не хотелось. Для кого? Игры Равноденствия еще не скоро,
к нам забредали лишь ремесленники со своими толстыми сопливыми
семействами, бездельники с окраин, да унылые сынки членов городского
патроната. Все это были солидные, полновесные граждане, у всех у них было
Право, и плевать я на них хотел.
Я облизал пересохшие губы и сплюнул на бордюр манежа. Плевок чуть ли
не задымился. Бес проследил его пологую траекторию



Назад