dfb7bbe5     

Олди Генри Лайон - Три Повести О Чудесах 02 (Снулль Вампира Реджинальда)



ГЕНРИ ОЛДИ
СНУЛЛЬ ВАМПИРА РЕДЖИНАЛЬДА
(ТРИ ПОВЕСТИ О ЧУДЕСАХ)
Это ли не цель
Желанная? Скончаться. Сном забыться.
Уснуть… и видеть сны? Вот и ответ.
Какие сны в том смертном сне приснятся,
Когда покров земного чувства снят?
Вот в чем разгадка. Вот что удлиняет
Несчастьям нашим жизнь на столько лет…
Вильям Шекспир, «Гамлет»
Многие завидуют мне. Находят в старом Нихоне тысячу достоинств, заслуживающих жаркого, трепетного чувства зависти. Они видят цель, но не путь, предмет, но не плату. А когда я говорю им, что чистый родник и сбитые ноги — неразделимы, они удивляются.

Честно говоря, я тоже завидую — этому святому, этому младенческому удивлению. Жадные, трусливые, склочные дети — все равно дети.
Из записей Нихона Седовласца
CAPUT I
Где рыдают женщины и хмурятся мужчины, слышатся проклятья в адрес XIII Вальпургиалий, атакуют скелеты, хандрят мудрецы и летят королевские депеши, но трое героев уже готовы отправиться в путь, ибо долг зовет
— Дорогая, давай без истерик. Ты понимала, что это значит: выйти замуж за венатора?
— Ничего я не желаю понимать! Или мы едем вместе, или ты остаешься дома!
— Хочешь воды? Со льдом?
— И я вылью ее тебе на голову! Ну почему, почему выбрали именно тебя?
— Потому что я — знаменитый охотник на демонов.
— Ты — мерзавец! Ты хочешь бросить жену на произвол судьбы!
— Ты преувеличиваешь, радость моя.
— Ни капельки!
— Хорошо. Я — мерзавец-венатор. Опытный. С чудесной репутацией. С заслугами перед обществом.

И, как следствие, вполне достойный выбора городского совета Брокенгарца и курфюрста Леопольда лично. Удивительно другое: почему меня выбрали лишь сейчас, на обслуживание XIII Вальпургиалий… Как полагаешь, мне следует обидеться?
Фортунат Цвях прошел к столу. Взяв пустой бокал из-под вина, оставшийся с вечера, он налил туда воды и выпил залпом, не предлагая жене. Выплеснет в лицо, ведьма, и глазом не моргнет. Разговор утомил венатора.

В халате и ночном колпаке, небритый, плохо выспавшийся, он чувствовал себя не готовым к семейным сценам. Другое дело, будь мы в камзоле, при шпаге…
И в парике с локонами до плеч.
И с тростью в руке.
Так можно спорить с женой даже в присутствии любовницы.
— Мы три дня назад вернулись с куророта! — привела любимая супруга аргумент, неоспоримый на ее взгляд, но загадочный для целой толпы мудрецов. — Отдохнули, развеялись… Я надеялась, ты найдешь время позаниматься со мной перед защитой!
Приложив холодный бокал ко лбу, охотник на демонов вспомнил курортный Баданден. Там чете Цвяхов довелось участвовать в рискованной охоте на Лысого Гения.

А после, о чем любимой супруге знать не полагалось, венатор имел сомнительное удовольствие оперировать молодого аристократа. Удалять менталопухоль неизвестного характера и происхождения — врагу не пожелаешь.
Отдохнули, значит. Развеялись.
Интересное у тебя, любовь моя, представление об отдыхе.
— Значит, так, — подвел он итог твердым, как ему казалось, голосом. — Завтра на рассвете я уезжаю в Брокенгарц. Пренебречь долгом венатора и личным приглашением курфюрста Леопольда я не могу. Ты остаешься дома и готовишься к защите магистерского диссертата. Через двенадцать дней…
— О-о!
— …максимум, через две недели я вернусь. У нас будет полтора месяца для занятий. Все, спор окончен.
Фортунат питал мало надежд, что властный тон подействует на жену. Рыжая Мэлис, в девичестве — ятричанская ведьма, была не из тех, кого можно утихомирить волевым нажимом. Скорее наоборот. Но странное дело! — супруга всхлипнула и повернулась к зеркалу,



Назад